Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

- Обожглась?

Дергаюсь, кусая губу от боли, а через секунду рядом появляется Тимур и хватает меня за руку, которую я моментально выдираю из его хватки.

- Не прикасайся ко мне, ясно?!

Гневный взгляд – мой, умиротворенный – его. Делает вид, что ничего не произошло и садится на стул напротив. Полотенце на его шее, которым он вытирал пот, говорило о недавней пробежке. Что ж, хорошо, что он не претендует на наш спортзал.

- У вас кардио сломалось, пришлось несколько кругов возле дома сделать, - хрипло оповестил он, едва я облегченно выдохнула.

- Оно не могло сломаться, ты просто не умеешь им пользоваться.

- Умею только морды бить, ты хотела сказать?

Поднимаю взгляд, обстановка накаляется.

- Так ведь говорит братец обо мне?

- Мне все равно. Ничего хорошего я о тебе сказать не могу, - процедила я, вспыхивая от злости.

- Ты все не можешь забыть, как я поимел тебя?

Грохот стула нарушает тишину на кухне, а я не нахожу себе места от ярости, боли и негодования. Я вцепилась в столешницу, совсем не понимая, что мне делать.

Чернов-старший играет со мной, он специально выводит меня из себя, он… нарочно напоминает мне о том дне!

- А теперь представь, - дрожащим голосом начинаю я, - что у тебя есть невеста…

Его взгляд стал серьезным. Я замечаю, как он встает напротив и оказывается выше меня.

- Ты ее сильно любишь, дорожишь ею. А завтра приходит тип и… - продолжаю я.

Глаза Тимура потемнели, а его пальцы с силой сжали столешницу - точно так же, как минутами ранее сжимала ее я.

Я замерла, не понимая, что происходит, но в его глазах я отчетливо уловила… необычные эмоции.

Мужчина молчит, словно не может выдавить ни слова. Как будто ему так больно, что он не может ничего с собою сделать. Я была поражена той бурей чувств, что отражалась в его глазах, и даже видела, что он пытался закрыться от меня, спрятать эти эмоции, но не мог – он смотрел на меня, не моргая, а я вспоминала, как он воспользовался мною."

"Вспомнить свою боль было легче, чем проникнуться чужой болью, ведь так? Поэтому я выпалила:

- И не льсти себе.

К счастью, в объятиях Андрея я забыла все, что ты сделал со мной.

А затем он стал тем же Тимуром. Циничным и жестоким, и взгляд его уже охладевал. Уверенная в том, что его боль мне просто показалась, я развернулась и быстрым шагом покинула кухню.

Глава 5

Прошло две недели напряженной обстановки дома, прежде чем я смогла привыкнуть к присутствию его брата дома.