— Ну так и чего мы тогда бегаем? — я села на узкую кровать и выразительно посмотрела на блондинку. — Пошли сдаваться к эррисару, глядишь, он нам еще и заплатит обещанную за нашу поимку награду. Ну а потом потребуем, чтобы женился, раз похитил незамужнюю леди, то есть тебя. Излишняя мохнатость будущего супруга, надеюсь, не смущает?
— Побреется, — насмешливо фыркнула Клотильда, перестав наконец изображать философствующего зомби.
В бегах мы были уже целых два дня, и удача нам до сих пор благоволила. Все началось с пения Тиль, которое, как выяснилось, действовало не только на людей и магов Алина, но и на местный зоопарк тоже.
Жаль, что до перемещения на изнанку, один из демонов зажимал ей рот. Используй она свой дар раньше, возможно, мы бы не оказались в чужом мире, о котором слышали слишком много плохого, чтобы радоваться неожиданному путешествию. Я жутко переживала за Варга, но золотистые кириты на запястьях не поблекли, как у вдов Рассветного, и я тешила себя надеждой, что с мужем все в порядке.
Ну, или точно так будет. Однако сидеть и страдать из‑за того, на что никак не можешь повлиять, было бы глупо. Особенно когда на нас объявили охоту, назначив приличное вознаграждение за доставку в эррисарский замок двух беглых наложниц. Ха! Еще б рабынями обозвали, конспираторы мохнатые! Впрочем, все по порядку. Пока я пребывала под действием собственного заклинания неподвижности, а наши похитители спали, где упали, став жертвами единственного, но такого полезного дара Клотильды, сама она прошлась по замку, распевая заунывные песенки, насквозь пропитанные магией.
Разжилась целой охапкой женской одежды, какими‑то украшениями в черной шкатулке, парой кошельков с местными деньгами, которые в отличие от наших были сделаны не из металла, а из плотной бумаги, похожей на холст и украшены разными видами монстров. Короче говоря, за мной подруга вернулась с садовой тележкой, полной всевозможного барахла, собранного по комнатам с уснувшими хозяевами. Как заявила девушка, ее действия-вовсе не воровство, а частичное возмещение морального ущерба за наше похищение.
На этой самой тележке переодетая в местный наряд блондинка меня и вывезла, прикрыв тонким покрывалом, словно статую. А вскоре «морозный стазис» спал, и я тоже смогла облачиться в напоминающий ученическую мантию балахон с глубоким капюшоном и пристегивающейся к нему вуалью, закрывающей все, кроме глаз. Женская мода в чужом мире оказалась просто находкой для беглянок.
