Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Совершенно неожиданным было столкновение в море со скоплением возвращающихся транспортов – мы успели дать несколько залпов с большой дистанции, заставив противника разбежаться по морю в разные стороны. Мы не могли позволить себе задержаться, преследуя и добивая, а отходили на юго-восток с максимальной скоростью, мы знали, что смерть гонится за нами по пятам.

Скоро подтвердилось, что это действительно так. Эсминец Z-38 был, как я уже сказал, совсем новым кораблем, с недостаточно опробованными механизмами и неопытной командой, для него это был один из первых выходов в море.

Когда спасение было уже близко, он вдруг потерял ход, сообщив о выходе из строя котельной автоматики. На устранение неполадки требовалась пара часов, но я не мог рисковать всей эскадрой и жизнями тысяч германских моряков. Мы продолжили путь, а несчастный Z-38 был потоплен. И на следующее утро высланные на помощь гидросамолеты и катера нашли на воде лишь несколько десятков трупов в спасательных жилетах: из трехсот тридцати двух человек экипажа в живых не осталось никого!

Однако надо писать рапорт в Берлин.

Уничтожен русский транспорт, обстреляна британская военно-морская база на острове Шпицберген, где наблюдались взрывы и пожары, уничтожен британский конвой, потоплено не менее десяти транспортов. Эсминец Z-38 героически погиб в бою с превосходящими силами врага. Германский флот показал, что в состоянии решать на море любые задачи! Во славу фюрера и рейха!

И теперь нужно приказать кораблям, чтобы все это вошло в судовые журналы, а черновые текущие записи были уничтожены.

Лазарев Михаил Петрович

Полярный, 27 января 1943 года

Пришли на Главную базу. Ждать пришлось, пока конвой, наконец дошедший, весь втянется в Мурманский порт. И на случай, если фрицевская субмарина рядом окажется, и чтобы любопытных глаз не было. Встали к тому же самому месту, что в ноябре.

Судя по реакции и самого адмирала Головко, и товарищей из штаба, они ждали от нас не меньшего результата, чем утопления «Шарнхорста» со всем сопровождением.

А так – подумаешь, пять лодок и эсминец, кого этим удивишь в свете недавних побед? В начале войны за это ордена раздали бы всем, однозначно, а теперь лишь рапорт приняли, и свободен!

Хотя наград у нас и так уже… Я рассказывал, как нас в сентябре, вместе с принятием присяги СССР, награждали, за три эпизода – самый первый конвой с «Лютцовом», «Шеер» и «Тирпиц». А были ведь и еще – за второй конвой, который у Порсангер-фиорда, и за третий, с взятием Петсамо.