Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– Знаете ведь как бывает: холишь мужа, лелеешь, детей ему рожаешь, а придёт какая-нибудь фря, и твой мужик уже в палате на больничной койке! А ведь могли и убить! – Булька бросила гневный взгляд в сторону Ольги. – Одни б**ди кругом! – припечатала она, сложив руки на груди.

– И не говори, Танечка! – в унисон пропела соседка. – Держи ухо востро! И моего такая же мразина увела. Да только недолго он с ней прожил. Под машину попал! – радостно всплеснула руками. – Вот и хоронила она, и поминки справляла, а ведь я законная жена ему! Не позволила я этой курве памятник ему поставить! Пусть так гниёт, изменник.

Таня закивала, соглашаясь.

– А что с них взять? – не унималась соседка. – Это ж по крови передаётся! Я читала, я знаю.

– Что передаётся? – в глазах Тани заплескался неподдельный интерес.

– Так б**во, Танечка! Коли тётка гулящая была, что с племянницы взять?

Ольга с шумом набрала воздух в лёгкие. Это не камень, а гранитный дождь в её сторону.

– Ведь уже, прости Господи, за пятьдесят было, а туда же – таскалась по молоденьким! Никого не стеснялась! Слышу – крадётся.

Гляжу в глазок, и точно, она! Шасть в квартиру, и тишина. Тьфу, представить тошно, что там происходило, непотребство одно! А ему-то, самому, не тошно с ней было… – женщина осеклась на середине фразы, испуганно глядя на Бульку.

В подъезде воцарилась гнетущая тишина. Оля и сама стояла с открытым ртом, не в силах переварить услышанное.

Таня оказалась крепким орешком. Лицо её посерело, даже яркий макияж не смог скрыть пепельного оттенка.

Подняв пакет, она стала медленно спускаться. Проходя мимо соседки, словно специально, оттолкнула её к стене, задев своей ношей. Соседка, бормоча, засеменила наверх гораздо быстрее, чем шла до этого.

Оля закрыла дверь и прижалась к ней спиной. Получалось, что даже когда она ещё жила в Чудове и тихо сохла по Мезенцеву, водрузив на его голову и нимб и корону, а за спину крылья, а её тётка бегала к нему…. Девушка потрясла головой, стараясь избавиться от возникших перед глазами картин. И эти её ночные возвращения, скорее всего, были вызваны именно походами к любовнику.

Видимо, всё началось тогда, когда родители Сергея переехали в свой дом в Плещеево. Тогда же у него и появилась машина. И деньги…

Оля прижала пальцы к вискам и силой надавила. Не хотелось даже думать об этом, но мысли сами лезли в голову, и остановить этот поток было невозможно.

Получается, Валентина воровала у Морозова для Сергея. Для него копила деньги, продала родительскую квартиру.