Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

На Германа никто не обращал внимания.

Тищенко почувствовал, как его охватывает паника. Он не выпускал из влажной ладони телефон. Надо возвращаться к Гуциеву. Гриша умный, он обязательно что-нибудь придумает.

Гуциев всё понял, как только увидел расстроенного Германа. К ботинкам Тищенко прилипли нитки и теперь волочились за ним серыми хвостами, пока мужчина шёл к машине.

– Во сколько заканчивается смена?

– В пять, кажется, – Герман грыз ноготь, поглядывая то на Гришу, то на вход. – Там ещё вечерняя смена с шести…

Гуциев задумался.

Следовало сделать всё как можно тише, чтобы не привлекать к себе излишнего интереса со стороны служащих.

– Давай-ка, посмотрим по камерам.

Охранник отошёл, пока они, прижавшись друг к другу головами, внимательно смотрели записи. Герман сокрушённо подумал, что стоило всё-таки потратиться на установку камер в каждом помещении, а не только в цехах и на улице. Видно же, что Ольга выходит из швейки, в руках у неё ничего нет, лицо спокойное.

Или она пытается выглядеть такой?

– Отмени вечернюю смену, – велел негромко Гуциев, – в связи с производственной необходимостью.

– А как же план?

– Ты ведь не дебил, Гера? Возместишь из своего кармана. Сейчас нужно поймать девку, пока она чего не натворила. Перерыть всё, но найти.

– Ты думаешь… – начал Герман.

– Она здесь.

– Уверен? Набрать Макара?

– Сами справимся, – Григорий быстро напечатал сообщение в телефоне.

Герман связался с начальником производства через голосовую почту.

– А охрана?

Гуциев обернулся в сторону скучающего секьюрити.

– Отключим видеонаблюдение, и пусть сторожит выход."

"Они вышли на улицу и сели по своим машинам. Время тянулось медленно. Герман был уверен, что охранник внимательно следит за мониторами, и это его немного успокаивало. Когда часы показывали десять минут шестого, из ворот стали выходить работники комбината. Тищенко вглядывался в каждую фигуру, боясь пропустить Ольгу. Но это было бы невозможно.

Всё-таки Оля Валеева отличалась от местных. Тонкая изящная, похожая на статуэтку балерины. Немного жаль, что придётся её сломать.

Герман бросил взгляд через стекло на Гуциева. Гриша сидел, расслабленно откинувшись на спинку сидения и курил, изредка скучающе позёвывая.

…– Я пойду, отолью! – парень выключил оборудование и, закрепив нож, пошёл к выходу.

– Дуй, – буркнул второй, – я пока вниз крой спущу. – подхватив упаковку, он направился следом.