— Кстати, — продолжал он, — Уорик все же явился ко мне и потребовал подписать документ об отречении, но я ответил, что не вижу причин это подписывать, и прибавил, что с удовольствием еще немного погощу в его доме. Твой повар, сказал я ему, превосходен, а винный погреб еще лучше, так что я готов даже перебраться в Мидлхам-Касл вместе со всем своим двором, коли тебе хочется, чтобы я вечно оставался у тебя в гостях. Я добавил, что вполне мог бы управлять страной и из его замка, причем за его счет, но от трона никогда не откажусь.
— И Эдуард захохотал, как всегда, громко и уверенно. — Ах, милая, видела бы ты его лицо! Судя по всему, он был уверен, что раз я в его власти, то по первому же требованию отдам ему свою корону. Но выяснилось, что тут я ему не помощник. Я развлекался, точно в цирке, глядя, как он пытается решить эту задачку. Собственно, я перестал чего бы то ни было опасаться, как только узнал, что ты благополучно добралась до Тауэра. Уорик полагал, что в его плену я тут же сломаюсь, а я даже ничуть не согнулся.
Судя по всему, он считал меня прежним, обожающим его мальчишкой. Уорик так и не понял, что я уже вырос и стал взрослым. У него в доме я вел себя чрезвычайно мило, ел с удовольствием и, когда друзья приходили меня навестить, требовал, чтобы и их принимали по-королевски. Сначала я спросил, нельзя ли мне пройтись по саду, после потребовал вылазку в лес, затем выразил желание прокатиться верхом. Что плохого, если мне позволят заодно и немного поохотиться? И Уорик стал разрешать мне конные прогулки.
Однажды явился мой Совет и потребовал свидания со мною; Уорик просто не представлял, как всем этим лордам отказать, и позволил мне с ними встречаться. Мы даже приняли какой-то дурацкий закон или два — просто для поддержки уверенности: в стране ничего не изменилось и я по-прежнему король Англии. Порой я с трудом сдерживался, чтобы не рассмеяться Уорику в лицо. Он вздумал взять меня в плен и попытался держать в тюрьме, но оказалось, что это ему не под силу. Ничего из этого не вышло, и ему просто приходилось оплачивать расходы целого королевского двора.
Ах, дорогая! Я, например, потребовал пение хора во время обеда, и он не нашел, как мне отказать. Я заставлял его приглашать танцоров и музыкантов. Вскоре до Уорика начало доходить, что недостаточно просто держать у себя короля: его необходимо уничтожить. Ведь от меня Уорик так ничего и не добился и прекрасно понимал, что я скорее умру, чем он от меня хоть что-то получит.
