Бегущая могила (ЛП) читать онлайн

Рассказывая о том, как его мать встала на сторону мужа против него, он расплакался. Остальные участники выражали поддержку и сочувствие, а Мазу сидела молча, и когда Кайл закончил свой рассказ, она подытожила его, убрав все слова, касающиеся семейных отношений, заменив их терминами “объект плоти” и “материалистическое обладание”, а затем сказала:

— Спасибо за смелость поделиться своей историей, Кайл. Чистые духом неприкосновенны для материалистического вреда. Я желаю тебе скорейшей смерти ложного “я”. Когда оно уйдет, уйдут и твои обиды и страдания.

Один за другим начинали говорить другие члены группы. Некоторые из них явно боролись с глубокой болью, вызванной внешними отношениями или их отсутствием, но Робин не могла отделаться от подозрения, что некоторые выпячивают и даже преувеличивают травму, чтобы лучше вписаться в группу. Когда Мазу предложила ей высказаться, Робин рассказала историю своей отмененной свадьбы и разочарования семьи, а также призналась, что уход жениха оставил ее безутешной, тем более что она бросила свою работу, чтобы отправиться с ним путешествовать, когда они станут мужем и женой.

Собравшиеся в кругу, многие из которых уже прослезились, рассказав свои собственные истории, предлагали сочувствие и сопереживание, Но Мазу сказала Робин, что придавать значение профессиям — значит потворствовать системам контроля, увековеченным в мире “пузырей”.

— Чувство идентичности, основанное на работе или любых атрибутах “пузырькового” мира, по своей сути материалистично, — сказала она.

Мазу повернулась напоследок к худенькой девушке с лицом в форме сердца, которая упорно молчала. Руки ее были сложены на груди, ноги скрещены, верхняя ступня закинута за нижнюю.

— Не хочешь ли ты поделиться с группой тем, как ты пострадала от материалистического одержания?

Девушка ответила слегка дрожащим голосом:

— Я ничего не пережила.

Темные, кривые глаза Мазу созерцали ее.

— Совсем ничего?

— Нет, ничего.

По мнению Робин, девушке было около двадцати лет. Лицо ее слегка покраснело под пристальным вниманием круга.

— Моя семья никогда не делала мне ничего плохого, — сказала она. — Я знаю, что с некоторыми людьми здесь случались очень ужасные вещи, но со мной — нет. Нет, — повторила она, пожав напряженными плечами.