Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Черт, неужели я сейчас об этом подумал? Мне нужно меньше курить.

Как только я присоединяюсь к вам, одноногий пират появляется рядом с тобой и обнимает за плечи, как будто ты принадлежишь ему. Ненавижу этого придурка. Это так трагично, что в детстве он потерял ногу, но все достаточно сильно его обожали, чтобы он мог ходить с протезом. За который, кстати, заплатил мой отец. Только кстати. Райли должен быть рад, что папа так любит нашу мать, иначе он задохнулся бы в дерьме, как и заслужил.

Он абсолютный педант.

А я ненавижу совершенство, Эмилия. Он действительно одет в костюм, серьезно? Я начинаю смеяться, стоя между тобой и Клэр, которая стоит ко мне спиной и не видит меня. Я не могу остановиться. Он действительно надел костюм на собственную вечеринку? Это жалко. На мне все еще вчерашние джинсы. И его волосы, о боже, волосы прилизаны, как будто корова облизывала его голову. Он такой смазливый. Вот в чем разница, Эмилия. Рядом со мной ты бы выглядела, как королева, а рядом с ним выглядишь, как маленькая придворная дурочка.

Его милая, глупая сучка. Но при этом у тебя столько всего в голове.

Боже, я ненавижу траву. Я все еще стою и смеюсь над его костюмом. Глубоко дышу, пытаясь успокоиться, но когда Райли смотрит на меня, я снова взрываюсь и не могу остановиться. Он такое посмешище.

— Мейсон? — нетерпеливо спрашиваешь ты. Я ненавижу это, Эмилия. За это ты получишь пять ударов по твоей сладкой, уже зажившей заднице.

— Да? — я улыбаюсь и вижу, что это с тобой делает. Твои глаза горят.

— Все в порядке? — спрашиваешь ты.

— Эмм… да. Не я же скоро должен жениться. — Я указываю пальцем на своего брата.

Он выглядит как-то не очень счастливым, странно. Это же вечеринка.

— Что ты здесь делаешь, Мейсон? — совсем не весело рычит он.

Я сжимаю губы, чтобы снова не взорваться. Бл*дь, у меня уже лицо болит от смеха. Спорим, ты вспоминаешь тот раз на террасе, Эмилия. Мы так сильно смеялись, и ты даже ненадолго забыла, что встречаешься с этим болваном.

— Господи, ты опять накурен? — раздраженно спрашивает Райли.

— Мой брат празднует помолвку. Я хотел быть веселым.

— Конечно, верю тебе на слово, — бормочет он, и я снова поворачиваюсь к тебе.

— Почему он вообще, со мной разговаривает, Эмилия? Мой отец где-то здесь, и я не могу врезать ему по морде.

Ты предупреждающе смотришь на меня. О, мой Бог. Еще пять, Эмилия. И подожди-ка… что это там в твоих глазах?

Ладно, сейчас я действительно пытаюсь держать себя в руках.