Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Давайте, давайте.

Бородатый мужичок крутился то передо мной, то перед Митькой. Явно не знал, от кого ждать нападения. Хотя все время старался держать меня в зоне видимости, не сводя взгляда с ножа.

Молодец, это ты правильно все понял. Но меня заинтересовало другое. Я и раньше подумал, что, судя по облику, нечисть вполне разумная. А теперь убедился в этом окончательно. И нападать мужичок не торопился. Понял, за кем сила. Значит, неглупый. А два умных человека всегда смогут договориться. Хорошо, не совсем человека.

Но на рубежника и нечисть данное утверждение тоже работало.

— Не дергайся, мы тебя не убивать пришли, просто поговорить.

Я медленно убрал нож в ножны и подобрал валяющийся рюкзак. Время пока было на моей стороне. Кольцо будет работать чуть меньше десяти минут. Значит, именно столько у меня, чтобы нечисть сменила гнев на милость.

Из рюкзака неторопливо появилась бутылка водки, несколько бутербродов и раскладной стаканчик. Еда была для меня, алкоголь для беса и черта. Большей частью, конечно, для Гришки.

Я вообще опытным путем пришел к выводу, что лучше всегда носить с собой немного водки. Одну-две бутылки. На всякий, так сказать, пожарный случай. Нечисть удивительно любила залить за кадык. Это, наверное, то немногое, на чем общие сведения чужан сходились с реальностью.

Поэтому складной стаканчик в довольно короткий срок был наполнен водкой. При журчащих звуках Митька облизнулся, а сверху послышалось какое-то шуршание. Будто Гришка слезал с дерева. Неужели алкоголик внутри беса победил труса? Я поглядел на дерево, нет, последний пока одерживал верх.

Хотя завис Григорий теперь действительно намного ближе к земле.

Я поставил стаканчик на первый попавшийся камень и туда же положил бутерброд с копченой колбасой. Ее кругляши так соблазнительно блестели на солнце и пахли, что у меня у самого в животе заурчало. Вот гордый балбес, отказался от обеда у Петровича, теперь и ходи голодный.

Судя по всему, мой новый знакомый испытывал схожие эмоции. По крайней мере, при виде колбасы его глаза загорелись.

В переносном смысле, конечно. Однако создалось впечатление, что за палку копченой нечисть сейчас готова продать родину, лес и разрешить любую стройку на близлежащей территории.

— Угощайтесь, — предложил я.

Бородатый сомневался еще несколько минут, после чего рванул к еде. Водку он при этом проигнорировал.

Что может быть приятнее, чем вид кушающего человека? Даже если он чавкает, почти не прожевывает пищу и не совсем человек.