Батюшка. Кулак и крест читать онлайн

– Так уж? – обрадовался Прокопенко новому, пришедшему ему на память доводу. – А во время Куликовской битвы не монах Пересвет вступил в поединок с Челубеем с копьем в руках?

– Монах, – согласился отец Василий, глядя добродушными глазами на молодого человека.

– Вот! – наставительно поднял палец Прокопенко. – Вот я вас и поймал на несоответствии.

– Каком? – с самым невинным видом спросил священник.

– Как «каком»? – опешил управляющий. – Вы же сказали, что священники никогда не брали в руки оружия, а поединок Пересвета признали.

– Конечно, признал. Пересвет не был священником."

"Прокопенко открыл было рот, но не смог сказать ни слова. Он ничего не понимал. Отец Василий закончил любоваться замешательством крайне самоуверенного молодого человека и стал объяснять, чем монахи отличаются от посвященных в сан служителей церкви.

– Монашество – это община верующих, которые хотят отречься от всего мирского, искупить грехи прошлого или провести остаток жизни в молитвах, покое. Простите, что объясняю вам в такой уж упрощенной форме.

Монахи накладывают на себя различные обеты, как правило, самостоятельно. Это их образ жизни. Монах может покинуть обитель навсегда или на время по своему желанию. Это его личное дело и его отношения с Господом. Пересвет решил, что тоже должен взяться за оружие, чтобы освободить родину от иноземного рабства. Одно маленькое «но». Это историки приукрасили, а на самом деле монахи всегда сражались не холодным оружием, а дубинами. Это был символ непролития крови. Даже когда защищали свои монастыри от грабителей и разбойников. Пересвета даже Сергий Радонежский благословил на эту битву – и не его одного, кстати. Из летописей известны имена двух других иноков: Александра Пересвета и Осляби, но сами же летописи говорят, что иноков было больше.

– Значит, монахам драться можно? – сделал вывод Прокопенко. – А вам, стало быть, нельзя?

Отец Василий смотрел на своего собеседника со спокойным лицом, но внутри на него накатила волна грусти и печали.

Как объяснить этому самоуверенному парню? Но лгать отец Василий не мог и не хотел. Сколько раз он сам, уже будучи в сане священника попадал в такие переплеты, что иного выхода не было, как только применять силу. Говорить во всеуслышание, что священник отец Василий считает, что когда исчерпаны все доводы, то можно приступать и к физическому принуждению? Значит, отец Василий должен провести четкую грань для себя и всех окружающих, когда насилие оправдано.