Байки нефтяного Севера читать онлайн

Мало ли народу от Буденного бежало, осело во Франции и нарожало там деток? Во-вторых, Андре оказался живописцем. То есть, он окончил Эколь Политекник, как инженер-турбинист, а потом учился в художественной студии. В результате, трудовой его путь так и определился знанием русского языка, образованием гидравлика и страстью к живописи. Вот он нанимался туда, где есть не просто совместная советско-французская затея, а еще и нужны его специальные знания, деньги, конечно, получал соответствующие его уникальному набору квалификаций инженера-переводчика, так работал несколько лет до окончания проекта.

Потом на заработанные деньги несколько лет занимался любимым искусством. Ну, и по новому кругу. В Нижневартовске как раз был очередной накопительный цикл.

Спросите — откуда я это все знаю? От Зозули, нашего общего с Андре знакомого. То есть, мы-то с Миколой еще в 76ом почти одновременно в Нижневартовск перебрались — я из Москвы, он из Донецка. Сколько вместе на рыбалку да за грибами езжено — и не опишешь! Тонули один раз в шторм на Оби, когда его моторка перевернулась, но выплыли.

Сначала он у нас в институте работал, а в описываемое время уже был начальником третьей газлифтной компрессорной на Самотлоре. Вот он с Николаевым познакомился и брал его с собой по реке — Никола рыбачит, а Андрей эскизы пишет. Потом, конечно, по стакану под уху да печеную картошку. Славянские гены, однако, никакой “от кюизин” не преодолеть. Зозуля все меня с собой третьим звал, да мне в ту пору не до того было — очень уж работы навалилось, так и пьянку всю забросишь. "

"Зимой уже, после окончания основной эпопеи, прилетел я в Тюмень, договора с главком подписывать по внедрению наших новых технологий. Из аэропорта Рощино на автобусе до Горсада, там два квартала до Главтюменефтегаза. Зашел в отдел, взял бумажку, оформил в Хозу гостиницу — а уж в главке рабочий день кончается. Определились, все-таки, что мне надо быть два дня, а на пятницу могу брать обратный билет. Теперь троллейбусом до авиакассы, отстоял положенное — и назад по главной тюменской улице Республики, Царской некогда.

И по улице Челюскинцев три квартала пешочком до гостиницы “Нефтяник”. Легендарного периода первооткрывателей и гостиницы “Заря” я не застал, честно скажу. Но и на нашу долю еще северной специфики пришлось. Приходилось и в вагончиках ночевать, и в таежных избушках без окон, что лесоустроители ставят, и в палатках, и в аэропорту на скамейке в ожидании погоды.