Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Приятный парень. Миша сразу же расположил меня к себе, и я искренне ему улыбнулась:

— И я рада. Вы очень похожи на Её Высочество Анну.

— Позвольте посчитать ваше замечание за комплимент, — глаза Михаила заискрились весельем, сам же он споро отодвинул стул, предлагая мне присесть за стол.

— Так оно и есть, ваша матушка — редкая красавица, — заняв предложенное место, заметила, как хмуро на братишку уставился Константин и сделал непонятный мне жест, на что младшенький даже бровью не повёл, продолжая за мной ухаживать: и салфетку подал, и тарелку наполнил всякими вкусностями, вина подлил…

Тем временем Костику ничего не оставалось, как уделить своё внимание леди Генриетте.

Но он нет-нет, да стрелял сердитым взглядом в нашу с Мишей сторону. Тем временем второй принц рассказывал мне о своей лаборатории, столько было восторга в его голосе, что я невольно прониклась уважением: ведь всё, что здесь есть, оказывается создано практически его руками. Он с подросткового возраста старался вникнуть в суть происходящих вокруг вещей, выкупал древние свитки, изучал, анализировал, сопоставлял, сравнивал.

— Расскажите, как вы придумали паровоз? Ведь почти такой же уже создан и катается по рельсам в далёком Уолсолле.

— Нашла мастеров, что смогли, — хитро прищурившись, ответила я. Мне не поверили. Ни Миша, ни Костя — по глазам поняла. — Давайте скажу правду, — закинула удочку я, сразу приметив, как мужчины заинтересованно качнулись в мою сторону. — Прошу только никому об этом не говорить.

— Слово наследника трона, — серьёзно кивнул Константин.

— Слово, — не менее торжественно вторил Михаил.

Я едва не рассмеялась в голос, как сдержалась, сама не пойму.

— Хорошо, — вздохнула я, — на пиратском корабле я очень сильно упала и ударилась головой, — начала я, — часть моих воспоминаний подёрнулась пеленой, я многое не помнила, — в это время Генриетта усиленно кивала, подтверждая мои слова. — А потом, как поправилась, в моей голове стали рождаться разные идеи. Я их все зарисовывала, записывала, предполагая, что в будущем смогу хотя бы часть осуществить.

И шла к своей цели напропалую. Откуда взялись эти знания, каким образом появились в моей голове — не ведаю. Но что есть, того уже не отнять. Разве что снова упасть и удариться затылком, но, боюсь, так и шею свернуть можно, окончательно."

"— Что-то подобное случилось с Её Высочеством Элоизой, — после минутного молчания, воцарившегося у нас за столом, медленно заговорил Миша.