Глубокая ночь была, до утра не так и много времени, видимо что-то случилось. Мы к слову под парусами шли, ветер попутный, повезло гребцам. Я интересоваться не стал, чего шумят, не покидал коморку, а поев, кусок говяжьего мяса, горячий, пальцы обжигал, с чуть тёплой лепёшкой, довольно потёр живот. А то тот снова опустел с такими активными пси-работами в лечении. К слову, зря мясо доставал. Я зрение уже поправил, в темноте хорошо вижу, видел, как другие соседи по камере, носами шевелят во сне.
Учуяли. Надо было и тут лепёшку с сыром сжевать, там уже нет таких ароматов мяса. А через час стало ясно что произошло. Люк открылся и к нам спустили ещё двадцать двух спасённых. Места нет, даже лежать, теперь только сидеть, сразу тесно стало. Мои соседи пообщались с новичками, нашлись толмачи, что знали языки. Оказались генуэзцами, торговое судно шло к Крыму. Пожар возник, что привлёк внимание команды галеры, я это слышал, подошли, и вот сняли всех выживших. Не подходя близко, сами огня опасались.
Судно у будущих итальянцев было небольшим. Везёт же капитану, ещё рабы на халяву, кто не выкупится продаст на невольничьем рынке, да ещё шлюпку добыл с генуэзского судна, на буксире идёт.
Надо это прекращать. Подождал час пока на борту все уснут кроме вахты, незаметно открыл внутреннюю дверь, и та сама открылась. У двери лежал мёртвый охранник со свёрнутой шеей. Это быстро обнаружили, сквозняк появился и отсвет огня дальше из коридора от масляного фонаря.
Первыми два разведчика туда метнулись, вооружившись с тела охранника, потом остальные. Тихо нападали на команду, что спали на полу и в гамаках, по двое на одного, один держал, другой душил. Кто-то до ножей добрался и пролилась первая кровь. Источник полный, я уже вышел на палубу и стал вырывать цепи из брёвен, к которым гребцы были прикованы. Те спали на лавках в большинстве. Левый борт весь освободил, когда шум боя снизу донёсся и первые крики тревоги.
Гребцы, обнаружив, что по сути свободны, кандалы на ногах и всё, тоже рванули в бой. Команда сильно так в меньшинстве была, да ещё наполовину сократить успели, задушив или прирезав, и теперь уже настоящий бой шёл. А у меня всё, источник пустой. Я по канату спустился в шлюпку, ничего на судне уже не брал, только подобрал острый боевой нож, даже без ремня и ножен, и убрал его в хранилище. Тут же перерезал канат, и галера под парусами уходила прочь.
