Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

А шахтерам потом – кому штрафы платить, кому в кутузке сидеть, кому синяки и шишки лечить. Это хорошо, если без вывихов и переломов обойдется.

Начальник транспортного отделения майор Казаков в очередной раз связался с управлением в Тиходонске, доложил обстановку. А в ответ услышал:"

"– Только что у нас проследовал литерный. Обеспечьте его беспрепятственное прохождение через заблокированный участок.

– Да вы что?! – заорал майор. – Как я обеспечу?! У вас что, уши позакладывало?!

– Чего скандалишь, Петрович, – миролюбиво сказал дежурный.

– Я тебе только передаю распоряжение руководства.

– Да пусть сами едут и посмотрят, что здесь происходит! У меня ни сил, ни средств нет, чтобы такую толпу разогнать!

– Луховицын уже выехал, сам Тарасов тоже собирается. А ты пока обеспечивай. Такой приказ!

Багровый от злости, майор Казаков уже в который раз подошел к толпе.

– Сколько вам можно объяснять – освободите пути! Из Тиходонска важный поезд вышел, его задерживать нельзя! Ну что мне, ОМОН вызывать?

– На кого ОМОН? – заголосила тетя Варя.

– На меня ОМОН? Вы лучше на цыган ОМОН натравите, что наркотой торгуют! А я трех детей вырастила, никто в тюрьму не попал!

Шахтеры возбужденно загудели. Хотя само слово ОМОН произвело неприятное впечатление, но словам в России особого значения не придают. Не то что палке.

– Ну ладно, ладно, послушайте… Вы сейчас с рельс сойдите, постойте в сторонке, пусть этот важный поезд пройдет, тогда обратно залезете, – предложил компромисс Казаков.

– Какая вам разница? Другой остановите. Они сейчас один за другим пойдут…

– Нет уж, как раз важный нам и нужен! – закричал Степан. – За важный они сразу по башке получат! А ну, сюда идите, все сюда поднимайтесь!

Он замахал рукой, и те, кто стояли вдоль насыпи, тоже полезли на рельсы. И Ленка с молодежью, хоть и развлекаться пришли, полезли со всеми.

– Ежели там начальство едет, мы прямо ему все и обскажем, – закричал Сашок, подмигивая невесте. Та в ответ улыбнулась.

– Верно, – солидно проронил Виктор Степанович. Он был за главного и слов на ветер не бросал. – Давайте так: кто постарше – садятся рядком, под локти берутся цепочкой, остальные за ними становятся таким же манером. Рядами, да чтобы каждый ряд был им виден.

Казаков плюнул и отошел в сторону.