Итак, что делать? Командир запуска не в состоянии рассчитать траекторию, в результате виртуальный учебно-боевой удар нанесен неточно. С небольшим отклонением от заданных координат.
Белов приободрился.
Действительно, по большому счету, отклонение было предельно мизерным. В реальной боевой ситуации нет никакой разницы – попадет ракета точно в цель или угодит на сто метров в сторону. Или даже на двести метров! Что такое двести, триста, пятьсот метров, и даже один-два километра для ядерного взрыва?! Ничего! Это просто повод выкинуть на пенсию неугодного командованию человека!
Сердце Евгения Романовича предательски заныло.
Что, если об этом станет известно? Сейчас, когда его карьера и так висит на волоске, подобные инциденты только на руку тем, кто мечтает отправить полковника на заслуженный отдых. А он, черт возьми, получается, сам им в этом помогает! Сволочи! Никому нельзя верить, ни на кого нельзя рассчитывать!
Полковник опять взмок и ухватился за свой зеленый платок.
Чудовищный цвет! Правда, его купила жена, а он не избалован проявлениями заботы со стороны боевой подруги! Он вытер лоб, шею, лицо, засунул платок в карман. Надо довериться Ирине! Взять отпуск, отдохнуть вдвоем, восстановить нервы, и все встанет на свои места, он снова станет считать без ошибок! Ему положена путевка в санаторий, причем на двоих с женой, причем каждый год, – это одна из льгот службы на БЖРК. Надо ею воспользоваться. И тогда все пойдет как прежде, он, Белов – профессионал высокого класса, будет служить еще долго, а этот негодяй Петров перестанет издевательски улыбаться, он так и сгниет за пультом дежурного оператора!
Белов снял мундир, аккуратно повесил его на вешалку и лег в помятую постель.
Сердце билось ровно, колеса стучали уже не грозно, а успокаивающе, полковник расслабился и стал засыпать.
«Лишь бы ничего не прознал вынюхивающий все ищейка-особист!» – мелькнула напоследок тревожная мысль."
"А офицер военной контрразведки майор Сомов не спал в третьем, штабном вагоне.
У него была довольно просторная каюта, которая днем выполняла функции служебного кабинета. В соседнем купе располагалась его собственная радиостанция с лейтенантом-шифровальщиком, который подчинялся только ему. Майор Сомов был третьим человеком в БЖРК, а может быть, и первым – как посмотреть. Только он, начальник БЖРК Ефимов и командир пуска Белов постоянно носили личное оружие во время всего рейса.
