Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Как догадываюсь, хотел понять, скажется ли на нем изменение отношения ко мне? С манией величия у него все в порядке: ему даже в голову не приходит, что Синаххериб не знает, кто занимает эту должность в Бит-Агуши. Есть какой-то шакну в небольшой далекой западной провинции, с делами, вроде бы, справляется, а кто это такой, как его зовут — какая разница⁈ Вот если взбунтуется, тогда и выясним. Бывший писец, который теперь месит глину по ночам в заднице шакну, стал главным администратором. Беседа проходила при нем, но не вмешивался, только слушал внимательно и наблюдал за мной, пытаясь по мимике, жестам угадать, правду говорю или нет, что меня цепляет, а что не очень.

Мне скрывать было нечего, отвечал не задумываясь и почти правду.

— Слышал, ты чем-то расстроил нашего правителя (перечень лестных прилагательных и существительных), — начал разговор шакну Базум.

— Неуважительным отношением к туртану Шамсуилу, из-за которого мы чуть не проиграли сражение. Он сейчас ходит в любимцах. Как по мне, неоправданно, — рассказал я.

— Светлейшему виднее, кто заслуживает награды, а кто наказания, — осторожно высказался он.

— Меня он тоже наградил десятью манну золота за победу в сражении, — малость приврал я, потому что получил в два раза меньше. — Думаю, он воспринимает наши раздоры с туртаном, как обычную вражду между приближенными за его внимание. Если бы ты знал, какие там интриги плетутся!

— Знаю! Сам когда-то в них участвовал! — заулыбавшись радостно, точно старик, вспомнивший, как обсыкал пеленки, признался евнух.

Видимо, из-за этого Базум и оказался в такой глухомани. В будущем это назовут ссылкой с повышением.

— Если он тебя наградил, значит, не все еще потеряно, — сделал вывод шакну.

Как догадываюсь, это он о своих перспективах сказал, потому что думает, что зависит от меня, точнее, от отношения Синаххериба ко мне. Не стал его разубеждать. Заблуждения делают жизнь легче и приятнее.

По возвращению я плотно занялся лошадьми, полями и садами. Немного подзапустил их. Какия, конечно, старался, как мог, но я знал и умел больше.

За этими хлопотами не шибко следил за тем, что происходит в Ассирийской империи, которая продолжала воевать. Пришел к выводу, что царство обречено воевать с соседями, а империя — еще и со своими национальными окраинами, не считая разборок за трон. В Ассирии они намечались, потому что Синаххериб сменил наследника. После смерти Ашшурнадиншуми в Эламе, титул мару решту перешел ко второму сыну от вавилонянки Ардамулишшу.