Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Оба со встревоженным видом — патриарх ещё неплохо держался, а вот слуга нетерпеливо покачивался, пока я не подбежал к ним.

— Ну слава богу, вы в порядке, молодой господин! Мы извелись уже. Вона что творится-то на улице, ненастье-то какое! — запричитал Прохор и буквально втащил внутрь дома.

— Ну ладно, будет тебе, — проворчал дед. — Извелись. Волновались немного, было дело…

— Вы, ваше сиятельство, когда волнуетесь, не такими выражениями ругаетесь, — съязвил слуга и, пока дед не успел ничего ответить, засуетился: — Сейчас я вам, молодой господин, чаю горячего справлю.

И камин затоплю, чтоб согреться. Вы же голодный наверняка? Ужин-то пропустили.

— Ну конечно он голодный, — перебил дед. — Давай скорее неси еду, я сам камином займусь. И настойки своей не забудь прихватить, согреть его надо хорошенько, чтобы не простыл назавтра.

Я на всё покивал, улыбаясь их заботе. Всё же чертовски приятно возвращаться туда, где тебя так ждут.

Затем был горячий душ, чистая одежда и поздний ужин у горящего камина.

Оба старика порхали вокруг, то подсовывая рюмку, то норовя с ложки покормить. Это придавало им такой живости, что останавливать я не стал. Иногда достаточно просто дать о себе позаботиться, даже если в этом не нуждаешься.

Наутро я проснулся абсолютно здоровым, после стольких профилактических процедур. Но с немного гудящей головой — настойка, которую присылала родня из деревни Прохора, была лютой. На хрене, чесноке и мёде. Сочетание, после которого ни у кого нет шансов простудиться.

От головной боли я избавился и без магии жизни. Контрастный душ, пол кувшина воды с солью и лимоном, и крепкий кофе — всё, что нужно для начала отличного дня.

Я уже решил, что буду развивать следующей парой.

Такие намеки судьбы, как две подряд встречи со странными призраками, игнорировать было неразумно. Да и интуиция подсказывала — правильно.

Но для начала я хотел сделать обещанный артефакт для природницы. Пока изготавливается статуя, пока Батист передаст мою просьбу… Что время зря терять.

Прохор к моменту моего пробуждения уже хозяйничал на кухне, с головы до ног перепачканный мукой.

— И что у нас сегодня за заморское блюдо на завтрак? — мне правда стало любопытно, чем он удивит на этот раз.

— Ох, вашсиятство, ну их… — слуга махнул рукой. — Темные люди, ей богу. Тупоськи наши родные, оладьи то бишь, я приготовлю, вот что. А то выдумали — панкеки. Оладушки! Ничего лучше и проще нету. Со сметанкой, да с вареньем вот что вы привезли.