Дуэль закончилась. И Долгов окунулся в реальный мир. Его словно бы вырвало из пространственно-временного мешка и с размаху бросило в страшную действительность.
Охранники каравана один за другим лезли из машины. Они должны были защитить товар Черномора, а не греть задницы под прикрытием брони. К тому же машина в любой момент могла превратиться из надежного укрытия в смертельную ловушку, достаточно только зашвырнуть гранату в салон."
"Долгов тоже полез наружу. С его стороны было не опасно. Противник обезврежен.
Он помог выбраться Кострову, усадил его на землю, а сам выглянул из-за угла. Одного взгляда хватило, чтобы оценить масштаб катастрофы. Их окружили. Первая машина, в которой находился Леденец, находилась под плотным огнем, так что и носа на улицу не показать. По обе стороны дороги сидели белые братья и держали их в напряжении. Охранники стреляли через бойницы, но это был жалкий лепет. Грузовик с товаром замер возле обочины дороги. Возле кабины лежал растерзанный пулями экспедитор.
Не повезло парнишке. Для него это был первый выезд – и такой неудачный! Водителя не было видно, но Долгов не сомневался, что и ему досталось. Кабина была прошита в нескольких местах насквозь.
– Что там, Два Пальца? Как обстановка? – спросил Костров.
– Хреново, – буркнул Долгов.
Им тоже основательно досталось. Ребятам удалось разблокировать двери и выбраться наружу, только вот Глушков сротозейничал и нарвался на пулю. Он лежал возле правого переднего колеса лицом в грязи, нелепо раскинув руки.
Кусок мяса, который когда-то был хорошим человеком. Сберегаев и Бакушин добрались до грузовика и вели обстрел, прячась за его бортами. Неудобная и заранее проигрышная позиция, только вот у них не было выбора. Если Леденец с бойцами не выберутся из машины, то у них не останется никаких шансов на победу. Парней раздавят поодиночке. Единственный выход – уничтожить противника, а затем продолжить путь на грузовике.
Долгов краем глаза уловил движение на левом фланге.
Двое белых братьев подбирались к Сберегаеву и Бакушину со спины. Он вскинул автомат и открыл огонь. Бил короткими очередями – надо беречь патроны. Сберегаев обернулся на крики, увидел падающих на землю белых братьев, а затем перевел взгляд на Долгова. Кивнул в знак благодарности и вернулся к своей работе.
«Надо выбираться из этого дерьма», – подумал Долгов.
От утреннего похмелья не осталось и следа. Говорят, что на войне сами собой любые раны заживают.
