Остальные снаряды разорвались на крыше, глухими хлопками проникая через шлем-сферу, и Медведь сильнее подоткнул под себя руки, сжимаясь под градом осколков. Надо сберечь кисти рук. Они защищены слабее всего, обрезиненный кевлар не удержит серьёзное попадание, а без рук вести бой он не сможет. Пробитую пулей пятку можно потерпеть, здоровяк уже вколол себе обезболивающее от Айболита и пока даже наступал на неё, стараясь не обращать внимания на раздающийся при этом хруст.
Шансов выстоять не было, но база продолжала упрямо держаться уже пятый час.
Нападение было тщательно подготовлено, и в его планировании принимали участие не только безопасники РАО. В Сателлите не имелось хороших специалистов по Жёлтой Зоне, а над планом этой операции работали те, кто Жёлтую знал. И они не поскупились собрать в одном месте много очень дорогих и редких метов… Медведь снова вскочил, доставая очередью ещё одного врага, и залёг, сливаясь с раздолбанным вакуумником, принимающим на себя десятки пуль. Здоровяк зло поморщился.
Они всё-таки попались на удочку. Он своими руками притащил на базу эту бабу, у которой оказалось два «Шестых Чувства». Пока все выслушивали её сказки про тяжёлую жизнь, противник ввёл в Жёлтую Зону крупные силы и расположил их у самого Городка. Утром, когда проявилась Паутина и первый день нелётной погоды гарантировал низкую агрессивность зверья, подруга Бэмби задействовала второе «Шестое Чувство», и противник выдвинул к ней отряды. Район поисков обложили со всех сторон очень быстро, похоже, одними УИПами тут не обошлось.
После этого в каждом отряде тоже применили «Шестое Чувство», база была обнаружена, и противник пошёл на штурм. Вражескую шпионку обезвредили, но было уже поздно."
"Здоровяк вспомнил, как после броска светозвуковой гранаты они с Айболитом проломились в лазарет через баррикаду. Шорох был при смерти, ему спящему пробили голову ударом острого угла стула. Обе бабы лежали без сознания, Бэмби оказалась привязанной к кровати. Пока Медведь защёлкивал наручники на руках и ногах шпионки, Анна очнулась и начала выть и рыдать, умоляя, чтобы её не убивали, потому что, мол, не виновата она, её заставили.
Злые уголовники украли малолетнюю дочь и угрожали смертью. Медведь, с трудом сдерживая бешенство, задал ей вопрос, всерьёз ли она считает, что жизнь её выродка более ценна, нежели жизни десятка человек, и та заткнулась. Но, поняв, что убивать её не собираются, осмелела и вновь подала голос.
