Анна и Дракон читать онлайн

— А по моим детям скучать не будешь? — рыкнул он и ощеряясь добавил: — Нет, моя дорогая, твое место рядом со мной. Помни о своих клятвах!

Она помнила и тем самым заслужила прозвище Печальная императрица.

Драго не понимал ее грусти и считал причудами просьбы. Что-то изменилось и ушло безвозвратно. Та любовь, что грела сердца, растаяла от снега и льда Тайсара. Анна понимала, что до мужа ей не достучаться.

О том, чтобы вернуться домой, она старалась не заикаться. Также Драго не желал слышать о Насте, только если речь не шла о помолвке и последующем за ней обряде.

Любые разговоры сводились лишь к соблюдению законов империи и к скорым выводам Драго, что его жена их попирает.

— Совет не доволен нашим браком, — заявил он ей.

— Можно подумать, что, когда ты брал меня в жены, ты не знал об этом!

— Тогда я стоил меньше, чем любой клерк на Тайсаре. А сейчас…

— Женись на истинной аристократке, — отмахнулась Анна, — но только отпусти меня домой.

— Замолчи! — рявкнул Драго. — Я не расстанусь с тобой, дорогая! Даже не надейся! А как же любовь, в которой ты уверяла меня? Как же право первородства?

Анна, захлебываясь от слез, просто уткнулась в широкую грудь мужа и разрыдалась.

— Ну-ну, — пробормотал Кэлоджеро, гладя ее по спине. — Я никому не позволю разрушить наш союз. Тебе тоже.

И вот теперь, сидя на заседании военного совета, он вполуха слушал доклад Александра. А когда все разошлись, поинтересовался осторожно:

— Ты нашел Арлетту и сына? Где они?

— Я нашел ее сестру Арлайну. Она замужем за бунтовщиком Бойном Уэрром. Помнишь, он поднял восстание рабов?

— Наверное, это случилось задолго до моего рождения, — слабо улыбнулся Драго.

— Да, но Арлайна — дочь уважаемого гражданина Тайсара, пусть и не королевских кровей…

— Этот самый уважаемый гражданин склонял народ к бунту. Призывал свергнуть Сола. И чем он отличается от Бойна или Доунса?

— Как бы то ни было, — криво усмехнулся Александр, — но свою семью я не нашел. И где искать, не знаю!

Драго был готов поклясться, что заметил слезы на глазах кузена.