Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Четвертым стояло имя Гранта Артуровича Ганджумяна, который купил Колю Носуленко, а через него – руководство и Дворца спорта, и спортшколы, чтобы его бездарного, ни на что не годящегося сына оставили в группе. Прошла команда провести сокращение, нужно было отчислить двух человек, и вместо Вардана Ганджумяна, который отлично прожил бы свою жизнь без фигурного катания, из группы отчислили талантливого мальчика, с которым Власову, начинающему тренеру, доверили заниматься.

Конечно, мальчика этого тут же подхватили тренеры другой группы, он был действительно талантливым и через несколько лет стал показывать отличные результаты, но Владимир никак не мог отделаться от мысли, что если бы ему дали возможность с ним заниматься, то эти результаты он показывал бы, будучи его учеником.

Его, а не чьим-то другим. И он смог бы заявить о себе как о подающем надежды тренере. А этот чертов бизнесмен со своими невесть как заработанными деньгами все это поломал.

И, наконец, пятой шла Галка, будущая жена Коли Носуленко.

О ней даже вспоминать не хочется. Стерва и гадина. Следила за каждым шагом Власова, постоянно стучала Коле на него, врала, как сивый мерин, все сделала, чтобы заставить Колю уволить своего второго тренера. И тут же заняла его место. Опять же, если бы Галка хотела делать тренерскую карьеру, Владимир бы понял и зла не держал. Каждый вырывает свой кусок, как может. Но она ведь и не собиралась становиться тренером, ей нужно было только прицепиться к Коле, женить его на себе, получить регистрацию в столице и постоянную работу.

А уж там она как-нибудь прорвется дальше.

К каждому имени в списке прилагалась вся информация, которой Власов на тот момент располагал: место жительства, место работы, номер телефона. Какие-то из этих сведений давно устарели, но Филипп сказал, что это вообще ни разу не проблема, потому что в век интернет-технологий найти любого человека – плевое дело, не стоящее даже обсуждения.

– С этого момента мы не знакомы, если сталкиваемся по работе – внимания друг на друга не обращаем, – сказал на прощание Филипп.

– Когда я все сделаю – подам сигнал. Тогда наступит твоя очередь. Тебе ведь все равно, в каком порядке они будут…? Ну, это самое…

– Мне все равно, – кивнул Власов. – Я хочу, чтобы их не было.

Власов ждал, терпения ему было не занимать. С каждой новостью о смерти своих врагов-мучителей он оживал, картины становились все ярче, все насыщеннее.