Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Я больше не танцевала, только наблюдала за другими. Родственников старалась избегать, но и они не горели желанием общаться. Иногда кто-то подходил с поздравлениями, приходилось вежливо улыбаться и отвечать. Взгляд то и дело выхватывал мага. Вокруг него пестрыми бабочками вились женщины: совсем юные и зрелые, обычные и магини, свободные и не слишком… Это забавляло.

В основном же мысли занимала предстоящая авантюра. И упоительное предвкушение – где-то там меня ждала совсем другая жизнь…

До судьбоносного момента оставалось четыре часа, когда я вернулась в комнату.

Не стоило даже пытаться уснуть. Внутри гуляла колкая дрожь, она не позволяла усидеть на месте и заставляла метаться из угла в угол.

А вдруг не получится? Вдруг поймают? Вдруг…

Няня погасила светильники, зажгла толстую свечу и на всякий случай разместила ее подальше от окна. Потом вытащила из-под кровати потертую сумку.

– Все необходимое тебе собрала. И пирог в салфетку с охлаждающим заклинанием завернула. – Как всякая гномка, она в первую очередь заботилась о деле и быте, а потом уже лезла со слезами и объятиями.

– Устроишься, выждешь месяц, а потом, когда все немного уляжется, напишешь моему внучатому племяннику. Листок с адресом я положила. Он далеко отсюда живет, у драконов. До алмазных россыпей ему дела нет, так что точно не выдаст. А приедет ко мне в гости, письмо передаст, и я буду за тебя спокойна.

– Спасибо! – В глазах снова собралась влага.

Во мне далеко не всегда побеждала типичная гномская уравновешенность.

Из-за маминой наследственности, наверное.

Забравшись на кровать с ногами, мы больше двух часов проговорили. Было грустно расставаться, страшновато отправляться в неизвестность и за няню неспокойно. Впрочем, она уверяла, что ничего с ней не сделается. А еще гладила меня по волосам и говорила, что будет скучать. На что я улыбалась сквозь слезы и отвечала, что теперь-то у нее жизнь станет легче и появится больше времени на собственных внуков, которых у нее аж восемь.

– Пора собираться, – прервала нежности Мерседа.

– Давай, снимай свой маскарад.

Дом спал. Из-за двери ни звука не слышалось.

Я соскользнула с кровати и на цыпочках подошла к туалетному столику. Там смочила салфетку специальным отваром и тщательно протерла лицо. Не прошло и нескольких минут, как пухлые щеки исчезли, прихватив с собой и ямочку на подбородке. Проделала то же с губами – и их форма поменялась. Румянец с кожи тоже пропал.

Пришло время извлечь из-под платья мягкие на-кладки.