Последняя новость для остальных конкурсантов была просто как нож в сердце, так как полностью лишала их каких-либо внятных перспектив на победу. Ибо мало того, что все три «грава» были отменно изготовлены и прекрасно ложились в руку, они еще и с пугающей точностью подходили под все, без малейшего исключения, требования Комиссии – от малого веса и большой технологичности в производстве до останавливающего действия пули и пробивной ее способности (сказано в условиях пробить пять дюймовых плашек, так именно пять и пробила – не больше, но и не меньше).
К тому же почти все члены Комиссии явно симпатизировали одному из победителей прошлого конкурса, чуть ли не напоказ интересуясь: у представителя князя господина Греве, почему тот не выставил на конкурс и свои самозарядные пистолеты (вернее, когда он это сделает). А теперь ему еще и деньги за победу платить не надо!"
"Собственно, автор статьи немного завуалированно (и с некоторыми оговорками вроде того, что армейские испытания только-только начались, и что-то определенное можно будет сказать только через полгода) констатировал, что конкурс на армейский «короткоствол», не успев начаться, практически тут же закончился.
И тут же радовал всех заинтересованных лиц краткой биографией победителя: ротмистра пограничной стражи в отставке, боевого офицера, отмеченного множеством наград, ну и так далее – короче, его сиятельства князя Агренева. Читая официальную историю своей жизни, Александр едва не всплакнул.
Он ведь талантливый сирота, в судьбе которого кто только не поучаствовал (особенно с ним нянчились в Первом Павловском военном училище). Не менее талантливый офицер (можно сказать, личным примером подтвердивший реальность Великой армейской мечты – из корнетов в штаб-ротмистры за четыре года), и под конец его службы он был так уважаем сослуживцами и контрабандистами, что все они практически бились в истерике, узнав о его скорой отставке.
Многообещающий (а читалось – гениальный) конструктор-оружейник, известный изобретатель и очень успешный фабрикант – и при всем при этом до невероятности застенчивый и непубличный, всеми силами избегающий светского (и любого другого) общества, а также положенных ему почестей и славы. Теперь вот и бессребреником оказался.
«Чем бы мне помогли эти несчастные двадцать тысяч? Ах да, плюс еще пять за новый патрон.
