В ответ владельцу оружейной компании подарили настоящий мушкет времен Кортеса (серебряная насечка на прикладе выглядела очень даже недурственно), пару клинков из славного города Толедо, после чего дружным хором выразили свое восхищение столь радушным приемом – и высокие договаривающиеся стороны приступили к делу. Обговорив разного рода мелочи, вроде сроков поставки и способов оплаты (последнее для хозяина конторы звучало наподобие волшебной музыки), наконец-то перешли к главному.
То есть к выяснению того, насколько мечты аргентинского генералитета совпадают с финансовыми возможностями родной страны. К глубочайшему сожалению всех присутствующих, в первый день этого точно выяснить не удалось – как говорится, увы и ах. Дело было даже не в деньгах, тем более что за базовую модель «агрени» ее изобретатель и производитель запросил достаточно скромную для такого шедевра сумму, всего девяносто восемь рублей. С ценой возможные покупатели были согласны (почти), а вот с комплектом поставки, видимо, не совсем – очень уж настойчиво они просили накинуть еще по три сотни патронов на ствол, добавить запасной магазин и прицепить к винтовке (вот крохоборы!) ремень.
Со вторым и третьим проблем не было, а вот с патронами… вернее, с малодымной начинкой для них были определенные сложности. В том плане, что французские поставщики пороха Вьеля и так вышли на максимум для них возможного, а у их коллег был большой государственный заказ.
Соответственно им и без того было хорошо, они не желали отвлекаться на побочные заказы – основного хватало, причем как минимум года на два вперед. Конечно, можно было бы поискать поставщиков и в других государствах, но на это требовалось немало времени и без гарантии успеха. А ответ нужно было давать уже сейчас. Устав уламывать аргентинских идальго, фабрикант предложил сделать небольшой перерыв до следующего утра – а там уже и продолжить с новыми силами.
– Вениамин Ильич, вы уже знакомили господина Хорхе с русским гостеприимством?
Стараясь отвечать так же тихо, как прозвучал вопрос, стряпчий быстро отчитался:
– Да, Александр Яковлевич. Два раза, в самых фешенебельных ресторанах – у «Палкина» и в «Кюбе». Понравилось. Сегодня в оперу захотели…"
"Продолжить разговор не получилось, помешали оживившиеся после ухода Саламеа коммерсанты.
