Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Мне тоже сейчас почему – то больно…

В тот же момент экран гаснет… Тыкаю в него снова и снова – ничего… Захожу на главную страницу – ее нет. Перезагружаю программу – тоже… Когда мне на счет возвращаются деньги, всё понимаю. Она меня заблокировала… Так, оказывается, делают девочки «на вебке», чтобы избавиться от назойливых, неадекватных поклонников. Ну вот, приехали… Алан, ты теперь официально гребанный неадекватный сталкер, которого надо выкидывать из чатов…

***"

"Басы стучат по перепонкам.

Башка раскалывается. Гребанное похмелье. Не от алкоголя. От Нее… Зачем я здесь? Зачем терплю эту бьющую по ноздрям смесь пота, алкоголя и тестостерона? Разве мне этого не хватает на соревнованиях? Зачем все эти дешевые девки вокруг? Ненавижу ночные клубы… Они для тех, кто боится смотреть своим желаниям в глаза без искажения софитов и вспышек светомузыки. Но я знаю, зачем… Я на охоте. И моя жертва передо мной… Вижу, как Она что – то шепчет этому своему козлу Барину на ухо, улыбаясь, а потом, покачивая бедрами, удаляется в уборную, грациозно лавируя по вип – зоне.

Следую за ней, пробиваясь сквозь беснующуюся в танце толпу, на входе в туалет сую в руку охраннику купюру, чтоб не мешал. Захожу внутрь…

Приглушенный красный свет, басы остаются притупленными закрытой дверью снаружи. Она стоит у крана и моет руки. Встречается со мной взглядом в отражении и дергается. Вижу, как приоткрываются пухлые губки в немом вскрике. Как расширяются зрачки ее огромных вишен – глаз.

– Вы ошиблись, Вам не сюда… Это женский туалет, – говорит тихо, в глазах страх. Наверное, я сейчас действительно страшен. Узнала меня… Не ожидала увидеть вживую, явно…

Я подхожу вплотную. Чувствую себя голодным зверем перед лакомой добычей. Потому что все эти дни, пока наблюдал за ней, очумел от нее… Одурел… Пропитался ею, как сорокаградусным спиртом…

– Ты права, мне не сюда… – вжимаю в нее свои бедра, вдавливая в белый фаянс раковины, – мне вот сюда… – шепчу, вдыхая ее аромат за ухом и накрывая ее промежность в кожаных брюках рукой…

Бэлла резко дергается, пытаясь вывернуться.

Шипит, как дикая кошка, а меня это заводит еще больше. Перед глазами кровавая пелена… Я бы засадил ей прямо здесь. Может тогда это наваждение хоть немного ослабит свою мертвую хватку на моей глотке…

– Пусти меня, урод… – цедит сквозь зубы, а я, дергая ее на себя, прижимаю к своему торсу и хватаю за грудь.