У Даши и Михаила до сих пор нет своего ребенка. Скажешь про это и разбередишь болезненное место.
– А я уже с тобой хотела переговорить, чтобы ты Мишу-младшего от нас не забирал. Привыкли мы к нему. И он тоже к нам. Вот и хотела, чтобы ты подождал, пока на новом месте все не станет на свои места, и жилье, и все остальное.
– Наверное, сестренка, так и надо сделать. Миша еще маленький, нужна женщина, чтобы ему рваное зашить, еду сварить и прочее. А при мне сейчас никого нет.
На новом месте Егор был прикомандирован к Объединенной Ташкентской школе командного состава.
Там обучались будущие пехотные кавалерийские, артиллерийские командиры, а позднее и будущие политработники. Вздохнуть свободно было некогда, ведь он, как строевой командир, сильно «заржавел», многому вообще не учился. Во времена работы в «Активной разведке» Егор, конечно, почитал разную военную литературу, но… К тому же, хоть он и строевой командир, но должен иметь представление о политработе, поскольку строительство новой жизни в Средней Азии – это политика, и за эту политику он может сам голову сложить и его бойцы тоже.
И следует знать, за что ты поляжешь под каким-то Ташкурганом. И когда его бойцы спросят о политике, не будешь же их каждый раз отсылать к политруку, дескать, я вам показываю, как врагов рубить, а кто у нас враг, об этом скажет политрук? Нельзя так.
Даже в царские времена, когда не было политработников, «политработа» проводилась. Занимались ею больше старшие казаки и урядники, то есть по нынешним временам младший комсостав, и они вбивали в казачат, а потом и молодых казаков понятия, кто есть враг внешний и внутренний, и что казак с оными врагами должен делать.
Рассказали, а потом перешли к практическому применению рекомендованных средств борьбы. Сейчас, спустя пятнадцать лет и более, нельзя сказать, что учили правильно, но учили эффективно. Если головой не думать. Когда же начнешь думать, конечно, оказывается, что вбитые в тебя формулировки начинают врезаться в тело, как усохший ремень или севшая одежда.
Вот на что рассчитывали атаманы Каледин и Краснов, а также кубанские, пытаясь воевать с Россией? И оказывается, что рассчитывать они вдолгую могли на помощь иностранных держав (сначала Германии, потом Антанты и какой-то другой силы, что против Москвы идет). Если хотеть помощи других сил, то это измена. Или гражданская война, но в любом случае малопочетное занятие. В Минске и Рязани Егор немного почитал про участие казаков в Смуте за триста лет до того.
